Кормье ответил Джонсу: «Джон — мой враг навсегда», конфликт в Ufc не был игрой

3 минут чтения

"Джон - мой враг навсегда". Даниэль Кормье жёстко отреагировал на спорные слова Джона Джонса о том, что их публичный конфликт якобы был выгодной "игрой на публику". Член Зала славы UFC и экс-чемпион организации в полутяжёлом и тяжёлом весе категорично отверг версию соотечественника: по словам Кормье, речь никогда не шла о постановке или намеренном раздувании противостояния ради заработка.

Кормье подчеркнул, что его удивляет резкая смена риторики со стороны Джонса. Ещё недавно, напомнил Даниэль, оппонент позволял себе оскорбления, а теперь пытается представить дело так, будто ненависти не было и отношения можно "нормализовать". Кормье утверждает: подобных разговоров между ними не происходило, и он не собирается подстраивать прошлое под удобный для кого-то сценарий.

При этом Даниэль не отрицает очевидного: громкое соперничество действительно приносит деньги. Он честно признаёт, что финансово их противостояние было масштабным и заметным. Но, по его логике, коммерческий успех не делает конфликт фальшивым. В качестве примеров Кормье проводит параллели с классическими и современными дуэлями в единоборствах: Мохаммед Али и Джо Фрейзер, Хабиб Нурмагомедов и Конор Макгрегор. Всегда нужен сильный "другой полюс", чтобы вокруг боя выросли эмоции, внимание и большие цифры - но это не означает, что эмоции придуманы.

Кормье отдельно акцентировал: сегодня их общение уже не выглядит так, как в самые токсичные периоды прошлого. Они способны разговаривать, не взрывая пространство очередной перепалкой. Однако это, по словам Даниэля, не равно прощению и тем более не означает, что всё сказанное и сделанное можно просто вычеркнуть. Он напоминает, что между ними звучали по-настоящему грязные вещи - и такие слова не исчезают бесследно, если человек сохраняет здравый рассудок.

Дальше Кормье формулирует позицию максимально жёстко: он считает Джонса "сумасшедшим" и прямо говорит, что тот останется для него врагом навсегда. Это не образный оборот и не рекламная подводка к будущим боям, а оценка прожитого конфликта, который, как считает Даниэль, оставил слишком глубокий след.

Важно и то, что Кормье фактически разделяет две плоскости - спортивную и человеческую. На спортивной стороне их rivalry действительно стало одним из самых ярких в UFC: накал, медийность, давление, ставки. На человеческой - накопилось слишком много взаимной неприязни и взаимных претензий, чтобы притвориться, будто всё было всего лишь частью шоу.

Такие заявления - редкий случай, когда бывшие чемпионы не пытаются "смягчить углы" ради красивого наследия. Кормье, напротив, даёт понять: наследие можно обсуждать, статистику - сравнивать, но эмоциональная правда соперничества для него неизменна. Он не готов соглашаться на удобную версию, где конфликт якобы поддерживался намеренно, как маркетинговый инструмент.

Отдельного внимания заслуживает вопрос, почему тема всплывает снова. В больших противостояниях спустя годы часто начинается борьба за трактовку истории: кто был инициатором, кто перегибал, кто извлёк больше выгоды и кто "в итоге оказался прав". Слова Джонса о якобы корыстной мотивации Кормье - это попытка пересобрать картину так, чтобы снизить градус личной ответственности и превратить прошлое в бизнес-проект. Кормье на это отвечает прямолинейно: деньги были следствием, а не причиной.

Для фанатов и индустрии это ещё и напоминание о том, как устроены большие бои. Публика любит конфликты, промоутеры любят цифры, а спортсменам приходится жить внутри этой воронки. Но когда речь идёт о людях уровня Кормье и Джонса, их взаимная неприязнь не сводится к пресс-конференциям: она формировалась годами - в клетке, за кулисами и в словах, которые, как утверждает Даниэль, невозможно "отмотать назад".

Наконец, позиция Кормье показывает, что даже при внешнем спокойствии примирение не всегда является целью. Можно уважать статус соперника, признавать масштаб соперничества и при этом не делать вид, что между вами всё в порядке. В этом смысле фраза "враг навсегда" у Кормье - не про попытку снова разжечь хайп, а про отказ подписывать "мирный договор", которого, по его словам, никогда не было и не будет.

Прокрутить вверх